Полный текст нашумевшего доклада сергея глазьева совету безопасности россии. Программа Глазьева
Для разработки любой программы необходимо исходить из понимания закономерностей современного экономического развития, во-первых. Во-вторых, из понимания нашего положения в этом мире, нашей российской экономики. И, в-третьих, программа может быть реалистичной только в том случае, если экономические интересы во властвующей элите будут соответствовать направлениям работы по этой программе. Поэтому в экономической науке очень сложно отличить объективные рекомендации от отражения интересов.
Любая экономическая политика - это сумма интересов участвующих в экономике субъектов. И, как правило, те или иные экономические доктрины, даже освященные нобелевскими премиями и прочими атрибутами большой науки, отражают какие-то интересы.
Мы будем говорить о программе, в основе которой лежит чисто научное понимание закономерностей экономического развития. В основе современного экономического роста лежит научно-технический прогресс, на долю которого приходится 90% прироста продукции в передовых странах. Мы не являемся здесь исключением. В условиях довольно жестких демографических ограничений у нас других возможностей экономического развития, кроме как на базе научно-технического прогресса нет. Поэтому если мы хотим добиться экономического роста, то нужно исходить из закономерностей развития современной экономики, где наука и технологии играют главную роль в долгосрочном устойчивом развитии.
Вопрос учета закономерностей научно-технического прогресса вообще сегодня не стоит ни в каких экономических программах, потому что базовая экономическая доктрина, которая сегодня в стране реализуется, обслуживает интересы владельцев крупных денег. Для владельцев крупных денег, иными словами, для олигархов, важно, чтобы государство не мешало им управлять экономикой, извлекать сверхприбыль так, как им хочется. И при отсутствии государственного планирования, целеполагания и долгосрочных ориентиров социально-экономического развития экономическая политика устраивается под нужды крупного капитала, который в основном сегодня оффшорный, который ориентирован не на развитие страны, а на вывоз доходов из страны. По сути, создана модель неоколониальной эксплуатации российских природных и человеческих ресурсов, в рамках которой мы теряем по 120–150 миллиардов долларов ежегодно в виде законной и незаконной утечки капитала.
Поэтому когда вы смотрите разного рода форумы с представительными высокими гостями, которые призваны оправдать и оторвать экономическую политику от большой экономической науки, надо понимать, что это не более чем апологетика в интересах олигархов, владельцев крупного капитала, которым не хочется, чтобы государство вмешивалось в управление деньгами, чтобы оно организовывало экономическую жизнь, исходя из общенародных интересов, потому что их интересы не совпадают с общенародными. Им важно, чтобы не было валютных ограничений, чтобы защищались их права собственности, даже если они выведены в оффшоры, чтобы государство позволяло им высасывать из нашей природной экономической системы максимум прибыли.
Научно-технический прогресс - это сложный процесс, управлять которым непросто. Надо учитывать его неопределенность, нелинейность, большое количество обратных связей. И если говорить о выстраивании системы управления, исходя из целей развития, то все государственные функции должны быть ориентированы на стимулирование инновационной активности, на привлечение инвестиций в развитие новых технологий, на создание внутренних источников финансирования этих инвестиций. И в целом мы определяем роль государства как главного субъекта развития в экономике.
Как субъект развития, государство, во-первых, обеспечивает долгосрочное прогнозирование. Мы должны видеть, и наша наука в технологическом прогнозировании позволяет сегодня видеть главные направления научно-технического прогресса и экономического роста. Исходя из оценки нашего научно-технического потенциала и сопоставления с этими перспективами и направлениями, выбираются приоритеты, где мы можем выйти вперед. И в рамках этих приоритетов реализуется программа опережающего развития, то есть деньги вкладываются для того, чтобы выйти на темпы роста в 20–30% в год по передовым технологическим направлениям.
Часть производств у нас находится в зоне технологического отставания не так далеко от мирового уровня, то есть существует возможность наверстать. И вторая составляющая этой стратегии - это финансирование и стимулирование инноваций. Мы называем это динамическим наверстыванием, где нужен импорт технологий, чтобы выйти на передовой уровень. Долгосрочное успешное развитие достигается в случае, если наша экономика будет получать через мировой обмен интеллектуальную ренту - сверхприбыль за счет своего интеллектуального превосходства. А сейчас мы получаем в основном природную ренту, то есть мы продаем невоспроизводимые природные ресурсы и, по сути, живем за счет будущих поколений, если называть вещи своими именами.
И, наконец, в тех сферах, в которых мы отстали безнадежно (такие, к сожалению, имеются) необходимо привлекать прямые иностранные инвестиции, заимствовать технологии и на этой основе восполнять пробелы и догонять другие страны в тех сферах, где мы можем быть конкурентоспособными.
Главный вопрос, вокруг которого сегодня ведутся дискуссии - где взять деньги. Как вы понимаете, в Советском Союзе этот вопрос вообще не стоял, поскольку денег эмитировалось столько, сколько нужно было для реализации народно-хозяйственных планов. Любопытно, что, перейдя к рыночной экономике, мы вдруг забыли о том, что главной монополией государства, даже в условиях рыночной экономики, наиболее эффективной и значимой монополией является монополия на создание денег. Государство само создает деньги. Наши монетаристы делают вид, что они этого не знают. Вернее, точно они этого не знают, именно поэтому они и монетаристы. Они считают, что деньги - это товар.
Но люди, которые формируют денежную политику, объявляя себя монетаристами, фактически опускаются сразу на 200 лет в дремучее Средневековье, где деньги были в виде золота, и, действительно, были особым товаром всеобщего эквивалента. И в какой-то степени на товарно-денежный обмен распространялись те же законы, которые действуют на рынке товаров: больше товаров - ниже цены, меньше товаров, более редкий товар - выше цены.
Но деньги сегодня - это не товар. Это институт, который формируется государством в целях обеспечения воспроизводства экономики. Современный экономический рост начался тогда, когда европейские государства изобрели центральные банки и создали национальные валюты. Государство для себя открыло «философский камень», то есть возможность создавать деньги только из своей власти. Если до этого займы были очень дорогими, у ростовщиков приходилось занимать деньги под 50%, под 100%, и никакое промышленное развитие было невозможно, то после того, как государства стали сами создавать деньги, процентная ставка опустилась до 4–5%, стало возможным наращивать производство, потому что по своей экономической функции кредит - это авансирование экономического роста. Когда мы даем кому-то кредит, мы тем самым делаем предоплату роста производства на следующем этапе. И не случайно Шумпетер называл процент за кредит налогом на инновации, то есть без создания системы долгосрочного дешевого кредита реализовать стратегию развития экономики невозможно. И те люди, которые пытаются нас убедить в том, что деньги создаются за счет сбережений, за счет доходов от производственной деятельности и от других видов хозяйственной деятельности, что источником финансирования инвестиций могут быть либо сбережения внутри страны, либо внешние займы, скрывают от нас главный источник финансирования - банальную денежную эмиссию.
Страны практически во всем мире, которые сегодня столкнулись с вызовами структурной перестройки, перехода на новый технологический уклад, практически повсеместно опираются на кредитную эмиссию, как главный источник финансирования капиталовложений. Если бы, не дай Бог, (это уже в прошлом) в Европе после войны монетаристы были бы в центральных банках, то Европа до сих пор лежала бы в руинах. Это хороший пример, который показывает, как правильно организованная денежная эмиссия через создание денег под обязательства предприятий наращивать производство сделала европейское экономическое чудо.
Логичным образом наращивались инвестиции во всех странах, совершивших рывки в течение жизни нашего поколения. Берем Японию или Индию, которая сегодня лидирует в мире по темпам роста, или Китай, совершивший экономическое чудо. До этого Сингапур, Корею. Эти страны на момент перед переходом к политике роста были нищими, сбережений не было, чудовищная экономическая отсталость, а сейчас они передовые. Они за 20–30 лет совершили скачок из отсталости в число благополучных передовых стран, и сделали они это за счет резкого увеличения инвестиций. Норма накопления (это объем инвестиций, доля инвестиций, используемая в валовом продукте) подскакивала с 15% до 35% и даже 45%, как сегодня в Китае.
Главный вопрос - в чем был источник финансирования. Центральные банки этих стран создавали кредитные ресурсы, и правительства, распоряжаясь этими кредитными ресурсами, финансировали развитие и модернизацию промышленности. И то, что мы предлагаем в нашей программе - это не изобретение велосипеда, это реализация международного опыта управления экономическим развитием. Замечу, что в странах, которые считаются образцом либерального экономического устройства (к примеру, Соединенные Штаты возьмем или Европу, или Японию), деньги создаются под долги. Почему-то наши денежные власти не знают, что после Второй мировой войны сначала Европа приступила к эмиссии денег под долги предприятий, а с 1971 года американцы, отказавшись обменивать доллары на золото, приступили к эмиссии доллара под государственные казначейские обязательства.
Современные деньги - это фиатные деньги, как говорят специалисты, то есть они не обеспечены ни золотом, ни валютой других государств, они обеспечены только долгами, то есть деньги создаются под долги. Это две стороны одной медали, как говорится. В Америке Федеральная резервная система США печатает деньги под покупку облигаций американского казначейства, и вся огромная эмиссия доллара идет на финансирование дефицита бюджета и управляется Правительством.
За последние восемь лет, когда мир вошел в полосу кризиса, и началась структурная перестройка экономики с целью освоения нового технологического уклада, денежные власти всех без исключения передовых стран начали денежную накачку, то, что они называют, количественным смягчением. На самом деле, это банальная денежная эмиссия, которая составляет астрономические суммы. Скажем количество, денежная база долларов выросла за последние восемь лет почти в четыре раза, евро - в полтора раза. Это триллионы и триллионы свежеэмитированных денег, которые, поступая в экономику через коммерческие банки, трансформируются в займы предприятиям.
Сегодня для любого бизнесмена, инженера, ученого ни на Западе, ни на Востоке нет проблемы взять деньги. Это делается для того, чтобы максимально облегчить деловому сообществу реализацию инноваций. Европейский центральный банк даже перешел сейчас к отрицательной процентной ставке, то есть если у вас есть идеи и есть желание что-то полезное сделать, и вы заслуживаете доверия, и есть соответствующий бизнес-план, вам даже премию дают за то, что вы этим занимаетесь. То есть дают кредит под отрицательную процентную ставку даже в номинальном выражении сегодня, а в реальном выражении, то есть с поправкой на инфляцию. Уже почти 10 лет передовые страны живут в ситуации нулевых процентных ставок, то есть кредиты выделяются через коммерческие банки, поступают в экономику под символический процент.
И нам ничего не мешает реализовать такую же схему. Нам необходимо создание многоканальной системы управляемой кредитной эмиссии. Деньги должны целевым образом доходить до производственных предприятий. Для этого должны быть сформированы планы, стратегические планы на 20–30 лет, которые определяют перспективы направления экономического роста, и под них индикативные планы, которые формируются государством, учеными и бизнесом совместно и оформляются в виде контрактов. Одной из форм может быть специальный инвестиционный контракт, о котором говорил наш Президент в последнем Послании Федеральному Собранию. С одной стороны, бизнес берет на себя обязательство наращивать и модернизировать производство. Региональные власти, с другой стороны, дают ему льготы, соответствующий доступ к инфраструктуре, местным ресурсам. И, наконец, центральная власть обеспечивает стабильность макроэкономических условий и выделение долгосрочных кредитов.
Мы предлагаем этот механизм начать реализовывать с военно-промышленного комплекса, где все понятно, есть долгосрочные планы, есть оборонный заказ, и нет риска, что эти деньги не возвратятся, поскольку бюджет за этим стоит, и постепенно распространять на всю экономическую систему, которая будет таким образом обеспечиваться необходимым финансированием для решения задач развития экономики. Нам сегодня не хватает для нормального воспроизводства примерно 5–7 триллионов рублей, но бросать эти деньги просто в обращение нельзя, потому что они будут перекачаны на валютный рынок, и мы получим спирали девальвации и инфляции. Поэтому через уполномоченные банки в соответствии с юридически значимыми договорами, которые определят ответственность сторон (бизнеса, предприятий и государства, соответствующих министерств и ведомств), реализуется механизм финансирования индикативных планов, который по нашим оценкам обеспечит рост не меньше 8% в год.
Если исходить из имеющихся ресурсов, мы могли бы производить по производственным мощностям на 40% больше, чем сейчас производим, по трудовым ресурсам при той же занятости, как сейчас, на 20% больше. Если реализовывать современные технологии переработки сырья, мы можем наращивать производство десятикратно на той сырьевой базе, которая у нас находится под руками. С точки зрения научно-технического потенциала у нас тоже нет ограничения, поскольку из страны потоком хлещет утечка умов, и понятно, что действующая экономическая модель сегодня эти умы не востребует. Поэтому у нас нет вообще никаких ограничений ни по капиталу в смысле производственного капитала, производственных мощностей, ни по труду, ни по сырью, ни по интеллектуальным ресурсам. Есть ограничение только по деньгам, искусственно созданное.
Искусственно созданное, потому что в течение многих лет и особенно сейчас Центральный Банк ограничивает количество денег в экономике, исходя из примитивных, я бы сказал, вульгарных монетаристских представлений о взаимосвязи количества денег и инфляции, пытается бороться с инфляцией путем сокращения количества денег. Хотя уже доказано многократно и проверено на статистике практически большей части стран мира, что бороться с инфляцией путем сокращения количества денег не получается ни у кого. Это связано с тем, что сокращение количества денег автоматически, если у нас недомонетизированная экономика, ведет к сжатию производства и инвестиций. Сжатие производства и инвестиций ведет к падению покупательной способности денег, поэтому на сжимающейся/разжимающейся экономике инфляцию снизить очень сложно.
Инфляция снижается за счет того же научно-технического прогресса, за счет снижения издержек, повышения эффективности и наращивания объемов производств. Поэтому если брать нашу статистику, то инфляция всегда снижается, когда растет производство и расширяется денежная масса, и она всегда повышается, когда производство падает, тем более сейчас, когда Центральный Банк усугубляет нынешнее сложное положение повышением процентных ставок и отпусканием курса рубля в свободное плавание.
Очень важный момент - это создание ограничений в этой экономической модели развития. Во-первых, мы должны быть застрахованы, что деньги не утекут на валютный рынок, поэтому должны быть избирательные валютные ограничения, которые будут препятствовать утечке капитала, с одной стороны, а, с другой стороны, защищать нашу экономическую систему от спекулятивных атак из-за границы. Без избирательных валютных ограничений стабилизировать ситуацию нереально, потому что наш финансовый рынок очень мал, он меньше, чем возможности даже одного крупного американского банка или хедж-фонда. Если мы не будем себя защищать, мы будем бесконечно болтаться в зависимости от внешней конъюнктуры и желания иностранных спекулянтов.
Разумеется, должен быть стабилизирован курс рубля. Без этого невозможно никакое планирование. Это сделать не трудно, поскольку нынешняя ситуация, объем золотовалютных резервов в стране два раза превышает объем рублей в экономике. Поэтому Центральный Банк может теоретически на любом уровне стабилизировать курс и обеспечить его поддержание своими интервенциями на валютном рынке.
При стабильном курсе, колебания которого сегодня являются главным фактором инфляции, для макроэкономической стабильности потребуется еще активизация антимонопольной политики. Мы должны разорвать связь между внешней конъюнктурой и внутренним ценообразованием на сырьевой товар. Нет никакого разумного объяснения, почему, скажем, цены на металл сейчас так быстро растут. Ну, упал курс рубля, но ведь металлурги и химики работают внутри России, они работают на российском сырье, используют российский труд. Конечно, есть элементы импортного оборудования, но это не основание для того, чтобы индексировать цены на металл, другие конструкционные материалы и сырьевые товары по динамике курса рубля.
Это все просто на словах, но реализовать сложно, потому что планирование предполагает ответственность. И первая проблема, с которой мы сталкиваемся - наши предложения отвергаются коррумпированной бюрократией, поскольку они не хотят брать на себя ответственность. Даже сейчас недавно принятый закон о стратегическом планировании, который инициирован Президентом, пытаются отодвинуть на два года, уже внесена Правительством соответствующая законодательная инициатива и проголосована думским большинством, что свидетельствует о том, что наша бюрократия не хочет отвечать за выполнение плана. Разработка плана - вещь непростая. Ну, а выполнение - это дело жесткое. Если план есть, значит, надо отвечать за выполнение целевых показателей. Поэтому мы имеем просто саботаж со стороны нашего чиновничества, и особенно со стороны государственных банков, которые сегодня управляют государственными деньгами без какого-либо контроля и распоряжаются ими как своими личными. Они, конечно, не хотят планирования, потому что наша модель многоканальной целевой кредитной эмиссии в соответствии с индикативными стратегическими планами делает государственные банки инструментами этой государственной политики. Им придется отвечать за кредитование производств, которые нужны стране, которые нужны для развития экономики, а не заниматься спекуляциями, которые только на манипуляциях курсом рубля позволяют иметь 100 и более процентов годовых, ничем не рискуя.
Ну, и, конечно, мешает внедрению политики развития структура интересов, где доминирует сегодня та же оффшорная олигархия. Она как-то не подчиняется никаким указаниям политического руководства. Несмотря на все усилия произвести деоффшоризацию, в течение трех лет она только увеличивается, и на сегодняшний день больше половины акционеров в отраслях промышленности - это нерезиденты, в основном спрятанные в оффшорах. Если бы мы прекратили этот колоссальный кругооборот денег, вывоз из России без уплаты налогов, без уплаты процентов в обмен на псевдо иностранные инвестиции из оффшоров с высокими процентами и опять же с налоговыми льготами, то не нужно бы было никаких сокращений бюджета, мы могли бы сегодня дополнительно иметь больше триллиона рублей доходов. А если бы мы еще ввели налог на спекуляции, который позитивно сыграл бы для стабилизации макроэкономической ситуации, получили бы около трех миллионов дополнительных доходов.
Так что у нас нет никакой нужды сегодня сокращать потребление, снижать уровень жизни, затягивать пояса. Нам, наоборот, нужно больше работать, больше зарабатывать, больше иметь доходов. И для этого нужно реализовать те идеи, о которых я сейчас рассказал, и которые находятся в арсенале управления всех передовых стран мира.
Советник президента раскритиковал экономическую программу, которую готовит экс-глава Минфина. По его мнению, реализация предложенных мер приведет к деградации экономики и падению уровня жизни населения
Советник президента РФ Сергей Глазьев (Фото: Олег Грицаенко для РБК)
Советник президента Владимира Путина Сергей Глазьев раскритиковал экономические меры , предложенные Центром стратегических разработок (ЦСР) под руководством бывшего главы Минфина Алексея Кудрина, пишет «Газета.Ru» со ссылкой на имеющееся в распоряжении письмо Глазьева к Кудрину. По мнению Глазьева, реализация предложенных мер приведет к углублению кризиса и падению уровня жизни населения.
В докладе ЦСР об источниках экономического роста содержится не менее восьми ошибок, которые не позволят команде Кудрина справиться с задачей по разработке эффективной программы вывода России из экономического кризиса, пишет Глазьев.
«Дорогой Алексей, если не избавиться от заблуждений, которые весьма распространены в среде наших малообразованных экспертов, наспех учившихся по популярным учебникам и слепо доверяющих рекомендациям МВФ, то разработать программу экономического роста твоя группа не сможет», — цитирует Глазьева интернет-издание.
В частности, к числу таких заблуждений Глазьев отнес нежелание Кудрина использовать для покрытия бюджетного дефицита «печатный станок». «Отказ от использования денежной эмиссии для финансирования дефицита бюджета противоречит общепринятой практике передовых стран и следует из непонимания природы современных денег», — отмечает советник президента.
По его словам, государства — лидеры мировой экономики сейчас эмитируют деньги под свои долговые обязательства, при этом денежная эмиссия опережает рост экономики. При этом в государствах со слабо развитым финансовым рынком такая кредитная эмиссия обретает особое значение для обеспечения экономического роста, именно за счет ее опережающего роста, позволяющего оплачивать инвестиции, и совершаются «все скачки из отсталости в лидеры», пишет Глазьев.
В России же, по словам Глазьева, финансирование инвестиций ведется лишь за счет собственных средств предприятий, а также уменьшившихся иностранных кредитов и инвестиций, что «делает невозможными диверсификацию экономики и ее перевод на траекторию сбалансированного и качественного роста».
«Недооценка значения кредита для финансирования инновационной и инвестиционной активности связана с наивной верой в теорию рыночного равновесия. На самом деле современная экономика никогда не достигает точки равновесия и даже не стремится к ней», — считает Глазьев, отмечая, что игнорирование роли денежно-кредитной политики в обеспечении экономического роста ограничивает его сверхприбыльными отраслями вроде нефтянки и химико-металлургического комплекса при стагнации остальных отраслей.
Ошибкой Кудрина советник президента считает и стремление добиваться снижения инфляции. «В условиях падения производства и инвестиций добиться снижения инфляции можно только путем сокращения доходов, что влечет углубление кризиса, деградацию экономики и падение уровня жизни населения. Именно к таким последствиям приведет реализация твоих предложений», — говорится в письме.
По словам Глазьева, для каждой экономики существует свой оптимальный уровень инфляции, и «чем примитивнее ее структура», тем этот уровень выше. Для России оптимальным Глазьев считает уровень инфляции, существенно превышающий ориентир в 4%, на который ЦБ планирует выйти в 2017 году. Попытки достичь этого «ориентира», по мнению Глазьева, неизбежно будут сопровождаться падением производства и, соответственно, сохранением высокой инфляции.
«То есть в рамках предлагаемой тобой программы этот уровень может оказаться в принципе недостижимым», — указывает Кудрину советник Путина.
Заблуждением Глазьев также называет уверенно сть в обратной зависимости между инфляцией и ростом ВВП.
Автор письма также критикует предложение о сокращении бюджетных расходов и предлагает как минимум вдвое увеличить расходы бюджета на образование и науку. Кроме того, Глазьев считает, что команда Кудрина не извлекла уроков из ошибок, сделанных при «освобождении» курса рубля, в результате которого, по его словам, валютный сегмент Московской биржи стал главным центром генерирования прибыли, что способствовало «снижению инвестиционной активности и втягиванию экономики в стагфляционную ловушку».
В начале 2016 года Глазьев, предлагавший ранее курс рубля и удерживать его на «разумном уровне» в течение ближайших нескольких лет, подверг жесткой критике политику ЦБ. «Московская биржа превратилась в главный центр прибыли в стране, через который в прошлом году прошло операций в два раза больше, чем объем ВВП в стране, раз в пять больше, чем объем экспорта или импорта. Это при том, что экономическая активность в стране падает», — заявил тогда Глазьев, пояснив, что на биржу «перекачивают деньги банки, вытаскивая их из реального сектора, в котором рентабельность 5-7%».
Ранее Глазьев заявлял, что экономика «сошла с траектории роста и сорвалась в кризис» из-за «грубейших ошибок» ЦБ, а для запуска «экономического чуда» достаточно было бы провести эмиссию, обеспечив приток средств в реальный сектор экономики. По оценке Глазьева, при таком подходе ВВП России «объективно должен» расти не менее чем на 7% в год, а уровень промышленного производства — не менее чем на 10%.
В конце мая 2016 года Алексей Кудрин , что предложения его противников по проведению «контролируемой эмиссии» и введению ограничений на валютные операции не учитывают реальные процессы в экономике и приведут к снижению экономического роста.
В свою очередь представляющий «Единую Россию» глава комитета Госдумы по бюджету и налогам Андрей Макаров предложения как Кудрина, так и Глазьева. По словам думца, оба противника тянут Россию в прошлое, только Кудрин во «вчерашний», а Глазьев — в «позавчерашний день».
Игорь Шувалов в последние месяцы стал настоящим «любимчиком» борцов с коррупцией во главе с . Они нашли у него якобы незадекларированные Rolls-Royce, десять квартир в высотке на Котельнической набережной и бизнес-джет. Пока юристам вице-премьера удается доказать, что нарушений закона в действиях нет.
Внешне скандалы никак не сказались на аппаратном весе Шувалова. Он продолжает играть ключевую роль в правительстве , отвечая за финансово-экономический блок.
Глазьев комментировать по существу этот «слив» отказался. Но если подозрения в его адрес верны, то фигура советника президента приобретает совершенно иной вес и значение.
Человек, проводящий тайные операции Кремля, — это не то же самое, что «сумасшедший профессор», рассказывающий всем о пользе эмиссии, каковым Глазьева часто пытаются представить оппоненты.
Впрочем, это будет открытием для не очень наблюдательной публики. Биография Глазьева содержит внушительный список административных должностей и достижений. Не стоит забывать, что именно Глазьев воплощал в жизнь политические договоренности России, Белоруссии и Казахстана, с 2009 по 2012 год занимая должность ответственного секретаря комиссии Таможенного союза.
Глазьев работал еще в правительстве . В 1991 году стал заместителем в комитете внешнеэкономических связей, а в следующем году, когда Авен ушел из правительства, стал министром внешнеэкономических связей России.
Сегодня именем Глазьева либеральные экономисты пугают впечатлительную общественность, а сам он, не стесняясь в выражениях, клеймит Министерство финансов и Центральный банк за проводимую ими экономическую и денежно-кредитную политику.
Действия ЦБ советник президента называет «путем к экономической катастрофе», а планы финансового ведомства заморозить бюджетные расходы на предстоящие три года «абсолютно безумной мерой».
Некоторое время назад он вместе с членами Столыпинского клуба написал программу «Экономика роста». Ключевое место в ней отводится наращиванию инвестиций в реальный сектор, в том числе за счет целевой эмиссии. За это его регулярно «прикладывают» либеральные экономисты во главе с Алексеем Кудриным. «Дорогому Алексею» Глазьев недавно написал письмо, в котором указал на восемь заблуждений экс-министра финансов.
Кудрин отреагировал на это записью в твиттере:
«Сергей Глазьев нашел восемь ошибок в программе, которую мы еще только пишем. «Пастернака не читал, но осуждаю».
Глазьев отреагировал в свойственной манере: «Кудрин — не Пастернак, а рупор , исполнитель вашингтонского консенсуса. Странно, что Кудрин забыл, о чем он говорил на Экономсовете. Ведь письмо было про его доклад, а не про программу».
Лучший министр финансов
Алексей Кудрин. Фото: Сергей Карпухин/Reuters
В нулевых Кудрин де-факто сделался главным экономическим советником Путина. В 2004 году британский назвал его лучшим министром финансов года в мире.
Одной из главных заслуг Кудрина стало создание стабилизационного фонда, в котором накапливались «лишние» нефтедоллары. На 1 сентября 2008 года, за пару недель до начала острой фазы мирового финансового кризиса, размер стабфонда достиг максимального — $142,6 млрд (данные ), что позволило России довольно спокойно пережить труднейший 2009 год.
В 2010-м Кудрин получил звание «лучший министр финансов года» уже от британского . Награда нашла героя за то, что он, «преодолев ощутимое политическое давление, добился создания Резервного фонда, который позволил России выйти из глобального финансового кризиса в гораздо лучшей форме, чем ожидали эксперты», пояснял тогда издатель журнала Падраик Фэллон.
Но несмотря на статус «культовой фигуры» и ближайшего соратника Путина, административная звезда Алексея Кудрина быстро и внезапно закатилась в сентябре 2011 года.
Находясь в США, в беседе с журналистами он заявил, что после президентских выборов 2012 года не пойдет работать в правительство Медведева.
«У меня есть ряд разногласий с Медведевым по экономической политике, они прежде всего касаются существенных расходов на военные цели. Они не позволяют мне идти в это правительство. Я для себя такой вариант не рассматриваю, я, безусловно, откажусь», — сказал он.
Медведев, который в тот момент был президентом России, на ближайшей встрече с участием членов правительства заявил, что «такого рода заявления, сделанные в Соединенных Штатах, выглядят неприлично и не могут быть ничем оправданы», «дисциплину и субординацию в правительстве никто не отменял», и «если вы, Алексей Леонидович, не согласны с курсом президента, а правительство проводит курс президента, вы можете написать заявление на отставку».
Ситуация была сложной, и Владимир Путин не стал спасать своего товарища. С тех пор Алексей Кудрин никаких постов во властных структурах не занимал, хотя и оставался в ближнем кругу президента.
В прошлом году ему стали подыскивать место, но вписать его в правительство Медведева оказалось невозможно, и только в этом году Кудрин стал главой совета Центра стратегических разработок и заместителем председателя экономического совета при президенте (председателем в совете является сам Владимир Путин).
О готовящейся под его руководством программе он предпочитает не распространяться.
«Могу утверждать, что наш документ не станет набором шаблонов, он ответит и на старые, хронические, и на новые вызовы. Его главная цель — существенное повышение уровня жизни, который, кстати, снижается третий год подряд», — сказал Кудрин в недавнем интервью .
Алексей Кудрин выступает за проведение непопулярных структурных и институциональных реформ, таких как повышение пенсионного возраста. Он, в отличие от Глазьева, всецело поддерживает политику Минфина по сокращению бюджетных расходов и действия ЦБ по снижению инфляции.
Королева финансов
Эльвира Набиуллина. Фото: Павел Смертин/ТАСС
Хрупкая, похожая на учительницу председатель Банка России Эльвира Набиуллина вызывает желание помочь ей проверить домашнее задание. Но первое впечатление обманчиво: она говорит тихо, но ее все слышат, а металл в голосе не оставляет сомнений в том, что за невыполненную работу вам придется отвечать по всей строгости.
С Владимиром Путиным ее связывают давние деловые отношения. В должности вице-президента Центра стратегических разработок она участвовала в разработке программы для его первого президентского срока, потом возглавляла этот фонд, работала заместителем министра и министром экономического развития, помощником президента. Владимир Путин, без сомнения, ценит Набиуллину как профессионала.
В июне 2013 года она возглавила , и тогда никто не мог предположить, что через полтора года ей придется столкнуться с глубоким кризисом и паникой на валютном рынке.
Ее действия некоторые эксперты оценивают как провальные, некоторые, наоборот, считают, что она сработала идеально, заранее отпустив рубль в свободное плавание и резко повысив ключевую ставку с 10,5% (на 12 декабря 2014 года) до 17% (на 16 декабря 2014 года).
Набиуллина продолжает отстаивать выбранный курс, утверждая, что альтернативы плавающему курсу рубля нет, а главная цель ЦБ — это снижение инфляции до 4% к концу 2017 года, поэтому сохраняет ставку на уровне выше текущей инфляции.
Она верит, что это является необходимым условием для устойчивого экономического роста, и готова принести в жертву текущие показатели, с помощью высоких ставок ограничивая объемы кредитования населения и корпоративного сектора.
Единственный способ выйти на высокие темпы роста ВВП — это структурные реформы и улучшение инвестиционного климата, вторит она Алексею Кудрину.
«Денежно-кредитная политика совместно с бюджетной политикой могут обеспечить макроэкономическую стабильность, но для устойчивого роста экономики этого недостаточно. Самая важная структурная реформа — улучшение делового климата. В первую очередь нужны меры по стимулированию конкуренции, по дерегулированию экономики, снижению доли государственных, окологосударственных компаний, защите прав собственности и миноритарных акционеров», — говорит Набиуллина.
Снижение расходов бюджета, новая пенсионная реформа, предусматривающая повышение пенсионного возраста и сохранение накопительного компонента, будут способствовать устойчивому росту, а эмиссия — не то, что нужно России, полагает команда экономистов ЦБ.
Туз Греф и серый кардинал
Герман Греф и Андрей Белоусов. Фото: Валерий Левитин/РИА «Новости»
Эльвиру Набиуллину и Алексея Кудрина объединяет в «тройственный союз» Герман Греф. Он работал вместе с Кудриным и Путиным в санкт-петербургской мэрии и возглавлял ЦСР.
Как пишут некоторые аналитики, было создано специально «под Грефа», и он на протяжении семи лет пытался реализовать программу рыночных реформ. Мягко говоря, не все получилось, в том числе и из-за перманентного конфликта с премьер-министром . Но заслуги Грефа были отмечены, и после министерства ему доверили возглавить . Долгое время он был преимущественно поглощен делами крупнейшего банка страны, но в последние пару лет Греф фонтанирует разными идеями.
Среди его любимых тем — реформа государственного управления и технологическое отставание России от Запада. Высказывания экс-министра зачастую находятся на грани фола, но некоторые его идеи уже реализуются. Например, любимый главой Сбербанка проектный метод управления нашел свое отражение в виде Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам.
Самую негативную реакцию вызвали слова Грефа о России как стране-дауншифтере.
«Мы проиграли конкуренцию, надо честно сказать. И это технологическое порабощение, я бы сказал, что мы оказались в числе стран, которые проигрывают, в списке стран-дауншифтеров, — заявил он на Гайдаровском форуме в этом году. — Страны и люди, которые сумели адаптироваться вовремя и проинвестировать в это, они победители сегодня. Страны, которые не успели адаптировать к собственной экономике всю социальную систему и все институты, они будут сильно проигрывать. И разрыв будет больше, чем во время прошлой индустриальной революции».
Греф поддерживает политику ЦБ и Минфина, солидарен по многим позициям с Алексеем Кудриным и, так же как они, не выносит идеи Сергея Глазьева.
Этот триумвират Кудрин - Набиуллина - Греф, а также министр финансов «сожрали» бы Глазьева и весь Столыпинский клуб без остатка, если бы не помощник президента Андрей Белоусов.
Белоусов, как и Глазьев, учился на экономфаке , работал в Центральном экономико-математическом институте РАН и в правительство пришел из Института народнохозяйственного прогнозирования РАН только в 2006 году. В должности заместителя министра экономического развития он поработал и с Грефом, и с Набиуллиной, а весь период премьерства Владимира Путина (2008-2012 годы) работал в аппарате правительства директором департамента экономики и финансов.
Путин, вернув себе место президента, назначил Белоусова министром экономического развития, но затем, спустя примерно год, вернул его в свое личное распоряжение, назначив своим помощником.
Белоусов осторожен в оценках и высказываниях и предпочитает не поддерживать ту или иную сторону. Но во многом благодаря ему «Экономика роста» не сгинула в недрах администрации президента, а продолжает обсуждаться как некий альтернативный экономический курс.
Он почти не критикует ЦБ, говоря, что регулятор «никогда не ошибается», но делает замечания, что курс рубля сегодня слишком завышен.
«Имею в виду, что это и сокращает доходы бюджета, и усиливает бюджетные проблемы. И это снижает конкурентоспособность российской промышленности и сельского хозяйства, отчасти, хочу это подчеркнуть, обесценивая задачи по импортозамещению», — говорил в июле этого года Белоусов.
Он предпочитает оставаться в тени, но его влияние, в том числе в силу должности, весьма велико.
Шувалов, Глазьев, Кудрин, Набиуллина, Белоусов — все они имеют шансы убедить Владимира Путина в своей незаменимости и получить максимально высокий пост в правительстве «четвертого срока». Но есть еще очень широкий круг экспертов и чиновников, которые участвуют в конкурентной борьбе. На кого сделает ставку президент, мы узнаем только после подписания указов о назначении министров экономики и финансов и председателя правительства.
В этой статье постараюсь максимально доступным языком изложить суть предложений Глазьева и критику его оппонентов.
Академик Глазьев предлагает:
Начать развитие промышленности в России. Что для этого нужно сделать?
1) Для этого нужны дешевые целевые кредиты на длительный срок под 0-2% на 5-10 лет . Сейчас у нас кредиты под 15% и выше, в то время как на западе по 2-5%. Если наш предприниматель возьмет кредит под 15% , а на западе предприниматель возьмет кредит под 2%, то продукция нашего завода будет существенно дороже, т.к нашему предпринимателю с кредитом под 15%, что бы выплатить процент по кредиту, надо будет установить выше цену товара. Кто будет покупать более дорогие товары, если есть аналогичный и дешевле?- мало кто. Поэтому наши предприниматели такие кредиты, не берут! Нет смысла, разоришься.
Почему у нас сейчас кредиты 15%? Потому что Центральный Банк дает кредиты коммерческим банкам по высокой ставке рефинансирования 8,25%, а на западе ФРС США и ЕЦБ дают западным банкам кредиты почти по нулевой ставке (у ФРС например ставка 0,25%). Соответственно на западе кредит дешевле. У нас дороже, наши банки деньги берут у ЦБ по 8,25% и потом добавляют свой процент и дают кредит предприятиям, уже под 15%.
Теперь разберем вопрос с инфляцией, т.к многие спрашивают и не понимают, говоря, что если напечатать денег, то будет инфляция. Нет и Глазьев об этом говорил, что если давать деньги именно на постройку заводов, то инфляции не будет. Потому что, инфляция зависит не только от количества денег в экономике, но и от количества товаров!!! Если у вас производится 100 шт условных товаров и вы напечатали всего 100 руб, то каждый товар в среднем будет стоить 1 руб, если вы допечатаете еще 100 руб, то получится что товаров осталось столько же 100 шт, а денег стало уже 200 руб, т.е каждый товар будет стоить уже 2 руб, т.е у вас инфляция (подорожание товаров). Если же вы даете деньги на строительство заводов, то у вас растет не только количество денег, но и количество товаров!!! потому что новые заводы будут выпускать продукцию, таким образом у вас не только количество денег увеличится, но и количество товаров увеличится и инфляции не будет! Но деньги надо давать именно на строительство заводов.
Теперь переходим к третьему пункту, программы Глазьева. Для того что бы, давать целевые кредиты, надо знать на что давать, на какие заводы. Для этого Глазьев предлагает ввести 3) стратегическое планирование развития. Это по разному можно реализовать. Глазьев в частности упоминал, что в Японии существовали специальные форумы, где встречались представители науки, бизнеса и чиновники и обсуждали, что перспективно развивать, определяли направления и как видите Япония не ошиблась, выбрав развитие электроники. Так же это программа импортозамещения, это элементарно, смотрятся данные таможни, чего и сколько было ввезено в страну за год, соответственно эти товары и надо производить, строите завод и производите. (Так вот по поводу стратегического планирования подняли вой, что это якобы возврат в СССР, хотя Глазьев ничего такого не предлагал, он говорит об опыте передовых стран, что они делали. Думайте, кто его и почему критикует.)
Это самые важные и основные пункты программы: 1) дешевые целевые кредиты 2) ответственность банков за их использование 3) стратегическое планирование . В интернете полно роликов, с выступлениями Глазьева, где он это разъясняет. Он там много времени уделяет, что бы рассказать, что в стране происходит, как ЦБ бредовую политику ведет, как банки на бирже спекулируют и роняют курс рубля, а ЦБ им не мешает и прочее. Из его выступлений я вычленил именно суть, что бы вы могли оценить то что предлагается делать. Необходимо понимать кто и почему критикует Глазьева, его критики ничего не предлагают. Если критика конструктивна, там должно быть написано, как развить промышленность в России, но про это ничего не пишут, цель другая, что бы ничего не делалось, просто пишут, что то что предлагает Глазьев это не правильно. Поэтому если вы видите критику Глазьева, ищите там предложения по развитию промышленности в России, если не нашли, то уже понятно, что это пишется явно не для того что бы Россию развить. Банкам спекулянтам не нужна никакая ответственность, а именно о введении ответственности постоянно говорит Глазьев, будут биться до последнего, что бы не менялось ничего, что бы и дальше все продолжалось по старому, спекуляции, обвалы рубля, жизнь в долг у запада.
Советник президента России Сергей Глазьев представил министерству финансов собственный план по по защите российской экономики от возможного расширения санкций со стороны США и Евросоюза. План Глазьева состоит из 15 пунктов, которые позволят российской экономике избежать последствий в случае введения полномасштабных санкций. Основной целью данного плана является снижение зависимости российской экономики от внешних факторов.
ПЛАН ГЛАЗЬЕВА
1. Перевод госактивов и счетов в долларах и евро из стран, входящих в блок НАТО, в нейтральные.
2. Возвращение всех принадлежащих государству ценностей (драгметаллы, произведения искусства и т. д.) в Россию.
3. Продажа облигаций стран НАТО до введения санкций.
4. Прекращение экспорта золота, драгоценных и редкоземельных металлов.
5. Валютно-кредитный своп с Китаем для финансирования критического импорта и перехода на расчеты в национальных валютах.
6. Создание собственной системы обмена межбанковской информацией для платежей и расчетов в Таможенном союзе, СНГ, со странами-партнерами по аналогии SWIFT.
7. Создание платежной системы расчетов по банковским карточкам в "Евразэс", которая замкнула бы в том числе расчеты по системам Visa и MasterCard.
8. Ограничение валютной позиции банков, введение предварительного декларирования крупных неторговых валютных операций. Введение в будущем налога на вывоз капитала и финансовые спекуляции.
9. Переход на расчеты в торговле в Таможенном союзе и с другими странами в национальных валютах. Заключение новых контрактов на экспорт углеводородов в рублях.
10. Валютно-кредитные свопы со странами для финансирования торговли.
11. Быстрое сокращение в резервах долларовых инструментов и долговых обязательств перед странами, поддерживающими санкции.
12. Замещение займов госкорпораций и госбанков в долларах и евро рублевыми на тех же условиях, проведение для этого целевой эмиссии с размещением посредством ВЭБа.
13. Разъяснительная работа с населением о целесообразности перевода евровых и долларовых депозитов в рубли. В случае замораживания активов ЦБ и госбанков в США и ЕС — замораживание обязательств банков в долларах и евро.
14. В ответ на торговое эмбарго — осуществление критически важных операций через белорусские и казахстанские предприятия.
15. Перевод в национальную юрисдикцию зарегистрированных в офшорах прав собственности на стратегические предприятия, на объекты недропользования и недвижимость.
